Своя лыжня

Центр зимних видов спорта имени Д. П. Соколова на курганском Увале знают все лыжники. Именно там «растут» наши биатлонисты. Официально это база детско-юношеской спортивной школы № 2.

Мороз крепчал, а румяные спортсмены вовсю шуршали лыжами.

— Давно не ходил! Тяжеловато теперь, — подначивает Николай Иванович Чеботарь своего запыхавшегося ученика, который, по мнению тренера, не особо быстро пробегает мимо.

Около лыжни стоять совсем не жарко. Закаленный и тепло одетый тренер весело командовал воспитанниками, а я быстро потеряла интерес к происходящему и побежала греться на базу — из толстых бревен, с раздевалками, теннисным столом, силовым залом с тренажерами и идеальной чистотой.

Сам Коля Чеботарь на лыжи встал в двенадцать лет — именно в таком возрасте начинали тогда набирать детей в секцию биатлона. Он — парнишка деревенский, родился в селе Комсомольском Притобольного района. А в первый класс пошел уже на Увале.

Тренер Юрий Фефелов заглянул к ним в школу на урок физкультуры — «вербовать» к себе на биатлон. Да так и затянул на всю, считай, жизнь.

— А хотелось когда-нибудь бросить биатлон, Николай Иванович?
— Было такое! – сознается.

Коля поспорил с братом, борцом, ловким «греко-римцем», что тот ему подножку не поставит. Поспорил и забыл. А брат не забыл. Летел спорщик так, что сломал руку. Аж в двух местах! Заживало все небыстро. И возвращаться в биатлон после таких длинных «каникул» юный спортсмен уже и не собирался. И бросил бы, но тренер сам пришел к нему домой. Поговорили. И вот уже 47 лет у Николая Ивановича своя лыжня.

А спортсменам его после намотанных кругов сегодня еще предстоит пострелять из «воздушки». Вот тренер корректирует очередного стрелка. Воспитанники стараются вовсю. За каждый промах придется десять раз отжаться!

Сам Николай Чеботарь не сразу стал хорошо из пневматики стрелять. Говорит, тут надо понимать принцип стрельбы. Потом дошло. А когда перешел на боевую винтовку — вообще «поперло»!
И с лыжами тоже не в один день сложилось. До десятого класса бегали «классикой», лыжи еще были деревянными. Это был спорт для длинноногих! А потом «с легкой ноги» шведского лыжника Гунде Свана, который превратил коньковый ход в настоящее искусство, всех биатлонистов на него и поставили.

— И мне легче стало: я стал обыгрывать всех, кто с длинными ногами. У меня рост небольшой, в «коньке» мне здорово, я мобильно ходил, — поясняет тренер. — Тренировались плотно. Летом в спортивных лагерях пропадали.

Мой адрес — Советский Союз

С десятого класса Колю Чеботаря на все соревнования по стране стали брать. До этого он только в Кургане и на области катался.

Пять раз ездил в Смоленск — и либо в призерах, либо выиграет. В Ижевске вторым был.

И в Перми стал вторым, на первенстве Уральского федерального округа нормативы мастера спорта выполнил. «Когда на финиш пошел, так молотил-молотил! — вспоминает. — Даже после финиша в изнеможении на снег упал — никогда раньше такого со мной не было! Но две секунды тогда все же проиграл».

Выступал и на соревнованиях «Ижевская винтовка» — это всесоюзные и потом всероссийские состязания по биатлону, регулярно проходящие с 1969 года.

Лошадиный спорт

1995 год — поворотный. Факультет КГПИ позади, женился на биатлонистке Олечке. У них в биатлоне не одна пара так сложилась.

— А детей ставили на лыжи?

— Старший сын Дмитрий — чемпион области, два раза «Лыжню России» выигрывал. Но выбрал самолеты, Воронежский военный институт имени Жуковского окончил, инженер-техник. Младший еще школьник.

Когда Николай пошел в тренеры, были сомнения:

— Поначалу боялся, что не справлюсь. Работа кропотливая: и лыжи мазать — угадать, везде с ребятишками ездить. Воспитывать, конечно. Но мой тренер Юрий Анатольевич сказал, что будет мне помогать. Ну, я потом вроде поднаторел маленько. Ходил по школам, сам уже ребятишек в секцию набирал.

— Сейчас тяжело в биатлон детей собирать?

— Конечно. У нас спорт, можно сказать, лошадиный. Тут же пахать надо! У меня «выросли» четыре чемпиона России, одной девочке не хватило всего одного очка, чтобы поехать на чемпионат Европы.

— Вы волнуетесь на соревнованиях за своих воспитанников?

— Переживаю, — тяжело вздыхает. — Сейчас моя Юлия Мясоедова за Тюмень выступает. Она в сборной юниорской, ей 19 лет.

И Николай Иванович с азартом перечисляет, кто из курганских воспитанников ушел в большой спорт: в Екатеринбурге бегают наши дети и в Тюмени. За Питер выступают. За Ханты. За Новосибирск. Везде наши. Николай Бородин по-приятельски зашел в тренерскую выпить чайку с Николаем Ивановичем. Он тоже курганский известный биатлонист, «страну» выигрывал по студентам (это всесоюзные российские соревнования). «Россию» выигрывал дважды. А теперь привел к Чеботарю внука — тренироваться.

— Хороший тренер, неторопливый. Если начать сразу «зажимать», то ничего не получится: дети спорт тогда бросают. А Николай Иванович потихоньку-потихоньку — и есть результат! Бегают у него аж до 11-го класса. Думаем, из парня что-нибудь получится. Пусть лучше в спорте, чем на улице, — говорит про Николая Ивановича.

Николай Бородин — сам физрук, всю жизнь отработал в школе в Садовом. Внуку Семену сейчас десять. Год уже занимается. Есть у него спортивный задор — всех перегнать. В деда пошел. Только-только купили ему свои «серьезные» лыжи. Так о них мечтал! Поначалу даже ночью спал с лыжами.

Тренер Чеботарь поддерживает тему, и глаза его загораются:

— Новые лыжи тоже себе купил недавно. Приятно кататься, когда они хорошо едут, легонькие, удобные. А хотите, я покажу вам старые лыжи?

Мы подходим к красочному стенду. И Николай Иванович по порядку, словно со своими старыми друзьями, знакомит с теперь уже раритетными экспонатами:

— Вот такие были у меня первые лыжи — рантовые. Потом полупластики пошли, «Кросс-О2». Дальше, когда стал выигрывать, дали вот такую «Эстонию». Хорошие лыжи! Вот такие беговые у меня были «деревяшки». А это «Атомик» — я их из дома принес! На них мастера спорта выполнил, здорово ехали, — тихонечко гладит их с любовью. — А вот на таких мне давали только на соревнованиях бегать… Это мои мастерские лыжи. Тогда по лыжам все равны были. Мазь хорошая — дефицит! Финны и шведы нас обыгрывали только благодаря смазке. А характером наши были сильнее. Намного.

Рядом на стене — галерея знаменитых курганских лыжников старой гвардии.

— Это Владимир Андреевич Струнин, мой преподаватель в КГПИ. Хороший преподаватель. Когда лыжи на его уроках отрабатывали, мне говорил: «Иди домой, тебя что учить-то!» — вспоминает студенческие годы.

Вот портрет заведующего кафедрой лыжного спорта КГПИ Артура Власовича Беледина. Помогал в учебе, авторитетный был.

Спортивная злость

Много было у биатлониста Чеботаря всяких форс-мажоров в его непростой спортивной жизни. Смешных и не очень. Как-то на старт вышел без винтовки. Забыл свои ботинки — поставил просушиться на ночь. Вспомнил про них только в поезде, который уже мчал на соревнования. Пришлось каждый день ботинки просить за шоколадку у девочки из томской команды — размер-то у Чеботаря небольшой. А когда ботинки больше стали не нужны, девчонка даже расстроилась — прикормил!

— Какие-то серьезные, обидные проколы случались у вас на соревнованиях?

— Как-то упал на спуске, потерял координацию. В другой раз забыл про штрафной круг. Стрелял-то я обычно хорошо, а тут промахнулся. И в запале забыл пробежать штрафной за промах. Тренер что-то мне кричит, но не слушаешь же, бежишь, молотишь. Прятался потом от него, знал, что получу.

— А нужна спортивная злость, чтобы побеждать?

— Тренер всегда говорил, что без спортивной злости никак нельзя. Настраивал на гонку, говорил каждому какие-то свои слова. Хотя мы соперников знали, дружили. К нам, курганцам, с уважением относились. Мы по-честному выступали всегда, не подставляли никого. К нам в гости приходили соперники, чаи гоняли.

Мы листаем спортивный дневник биатлониста Чеботаря, так похожий на дембельский альбом.
В нем — вся его спортивная хроника. Рост, вес, год. На каком пульсе, сколько километров катались, сколько часов тренировки. Вот примечание — какое самочувствие. Баня как тренировочный процесс… Наклеены пробитые мишени. Тут записи с Кубка России. Контрольная на роллерах летом. Вот винтовку новую получил.

Открытка с днем рождения — ребята-спортсмены подарили. Подписали: «От братьев по оружию!».

— Это сейчас все на компьютере, — чуть с сожалением говорит Николай Иванович. — Не на бумаге.

Когда-то тренер у них дневники проверял — не оценки ставил, а запись оставлял: «Верь в свои силы!».